Министр образования и науки РФ Ольга Васильева ответила на вопросы обозревателя «Культуры»

17 0
Ольга Васильева, минобразования

Как избавиться от ошибок либеральных реформ и подготовить сильные педагогические кадры? Мешает ли технологичность современных подростков развитию в них нравственных, духовных начал? Преподаватель — это менеджер или воспитатель? Как приучить детей к чтению, нужны ли школьникам основы православия и что все-таки делать с ЕГЭ?

Министр образования и науки РФ Ольга Васильева ответила на вопросы обозревателя «Культуры» и редактора интернет-журнала «Русская беседа» Михаила Бударагина.

Полную версию интервью можно прочитать на сайте газеты "Культура"

Выделим наиболее интересные и актуальные вопросы обозревателя и ответы Ольги Васильевой.


Учителя, с которыми я общался, отвечают: «Мы бы рады и в музеи, и в театры, но сидим бумажки заполняем».

Васильева:
Это сильно преувеличено. Да, и я заполняла предостаточно бумажек, будучи и учителем, и заведующим кафедрой. Кроме того, на сегодняшний день обязательными остались только три формы: программа твоя, без которой никуда, электронный журнал и электронный дневник. Больше ничего. Все инструкции, все рекомендации были даны, и руководство школы не имеет права заставлять учителя делать больше. На мой взгляд, это настолько техническая работа, что о ней вряд ли стоит упоминать. То, что у педагогов не хватает времени или желания, чтобы узнать свой предмет лучше и глубже, — да, проблема.


Меняются ли, на Ваш взгляд, дети? Как отец, я вижу, что они, конечно, более зависимы от интернета, велико количество внешкольной информации, причем разной...

Васильева:
Им очень трудно сегодня. Объясню почему. Есть такое понятие, которое никогда никуда не денется, — ответственность родителей за своих детей. Сейчас отцы и матери школьников — люди, рожденные примерно в 80-е годы, это мои дети тоже. Мы — представители поколения, которое у нас тогда называли «мерцающими родителями», потому что мы воспитывали своих чад очень приблизительно. Они прошли через историю 90-х и вот сами стали родителями. Им теперь значительно проще дать маленькому человеку гаджет в руки, чем читать ему с самого рождения книги и начать с ним разговаривать. Какая нынче главная проблема? Наши дети с нами не общаются. И не читают. 

Мне кажется, что одним из итогов 90-х, кроме всего прочего, стала недолюбленность целого поколения. И это тоже придется менять.


Что нам делать с ЕГЭ?

Васильева:
Во-первых, нужно его совершенствовать. И мы будем этим заниматься дальше. Я думаю, что рано или поздно, но мы выйдем на ЕГЭ в виде письменных развернутых экзаменов. Дело времени. Сегодня мы отказались от тестов «да/нет», отменили галочки и плюсы во всех предметах, кроме иностранного языка. Ввели устную речь. Также всецело поддерживаю идею Совета Федерации — это, в общем-то, и моя идея, потому что я историк — о повсеместном ЕГЭ по истории Отечества. Во всех странах мира имеется набор обязательных предметов — это родной язык, родная литература, родная история, математика, а дальше — по выбору. По большей части за рубежом все экзамены письменные. Так что у нас есть куда двигаться и расширяться в творческом отношении. 

Почему я считаю, что ЕГЭ надо оставлять? Во-первых, реально существует возможность поступления на основании полученных баллов абитуриенту из далекого поселка. Конечно, будут сложности, где жить, как жить, с общежитием и так далее. Но это реальный шанс для способных детей учиться в том вузе, о котором они мечтают. По моему мнению, талантам всегда нужно помогать пробиваться. А во-вторых, утилитарный аспект. Если сейчас страну заставить сдавать шесть экзаменов, как было до недавнего времени, думаю, произойдет коллапс.


 

 

Комментарии

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.