ЕГЭ 2026: Вариант 9

Если бы потребовалось наиболее наглядное, внятное для всех доказательство, что каждый малолетний ребёнок есть величайший умственный труженик нашей планеты, достаточно было бы приглядеться как можно внимательнее к сложной системе тех методов, при помощи которых ему удаётся в такое изумительно короткое время овладеть своим родным языком, всеми оттенками его причудливых форм, всеми тонкостями его суффиксов, приставок и флексий. Хотя это овладение речью происходит под непосредственным воздействием взрослых, всё же оно кажется мне одним из величайших чудес детской психической жизни.

Раньше всего необходимо заметить, что у двухлетних и трёхлетних детей такое сильное чутьё языка, что создаваемые <...> слова отнюдь не кажутся калеками или уродами речи, а, напротив, очень метки, изящны, естественны: и «сердитки», и «духлая», и «красавлюсь», и «всехный».

Например, один ребёнок изобрёл слова «обутки» и «одетки» (это было в черноморской степи), совершенно не зная о том, что именно эти два слова точно в таком же сочетании существуют в течение столетий на севере, в Олонецком крае. Ведь не читал же он этнографических сборников Рыбникова, записавшего некую фольклорную сказку, где были, между прочим, такие слова: «Получаю по обещанию пищу, обутку и одетку». Самая эта двучленная формула — «обутка и одетка» — была самостоятельно создана ребёнком на основании тех языковых предпосылок, которые даны ему взрослыми.

— Ах ты, стрекоза! — сказала мать своей трёхлетней Ирине.

— Я не стрекоза, а я людь!

Мать сначала не поняла этой «люди», но потом случайно обнаружила, что за тысячу километров, на Урале, человек издавна называется «людью». Там так и говорят: «Ты что за людь?»

Таким образом, ребёнок порой самостоятельно приходит к тем формам, которые создавались народом в течение многих веков. Чудесно овладевает детский ум методами, приёмами, формами народного словотворчества.

(По К.И. Чуковскому)

(1)Уже взявшись за ручку двери, Женька услышал густой перекатывающийся бас. (2)Дома его ждал гость столь неприятный, что хоть поворачивайся и уходи. (3)Может, и в самом деле побродить по улице, пока незваный гость не уйдёт?..

(4)Гость-то уйдёт, а проблема останется. (5)И Женька, открыв дверь, обречённо шагнул через порог навстречу гремевшему басу.

(6)Посреди комнаты стоял учитель математики Василий Васильевич, размахивал длинной рукой и ораторствовал. (7)Отец и мать, пришедшие с работы на обед, сидели вокруг застланного скатертью стола и почтительно слушали. (8)Василий Васильевич считался одним из самых умных людей в их посёлке городского типа.

(9)Мать не оглянулась в сторону сына, отец лишь стрельнул сердитым глазом. (10)Василий Васильевич покосился, но речи своей не прервал.

— (11)Нет от природы дурных людей, есть дурные воспитатели! — гремел Василий Васильевич, и оконные стёкла отзывались на его голос. — (12)Мы, учителя, не справляемся с воспитанием, даём брак... (13)Согласен! (14)Подписываюсь! (15)Но!.. (16)Ведь в школе ученик проводит всего каких-нибудь шесть часов в сутки, остальные восемнадцать часов — дома! (17)Законно спросить: чьё влияние сильней на ребенка? (18)Нас, учителей? (19)Или вас, родителей?..

— (20)Вы хотите сказать, Василий Васильевич... — начал было отец Жени.

— (21)Хочу сказать, Фёдор Андреевич, — голос Василия Васильевича стал твёрд, лицо величественно, — что когда вы в ущерб семье с раннего утра до позднего вечера пропадаете на работе, то не считайте, что это так уж полезно для общества. (22)Обществу, уважаемый Фёдор Андреевич, нужно, чтобы вы побольше отдавали времени своему сыну, передавали ему то, чем сами богаты. (23)Да! (24)Вы трудолюбивы, вы работоспособны, а сын, увы, этого от вас не перенял. (25)Не перенял он вашу кипучую энергию, не перенял и ваше чувство ответственности перед делом. (26)Не обижайтесь за мою прямоту.

— (27)Да что уж обижаться — вы правы, сына вижу только поздно вечером, когда с ног валюсь, — отмахнулся огорчённо отец. — (28)И мать тоже с утра до ночи занята — в больнице у неё дел по горло.

— (29)Василий Васильевич, спасибо вам, — подала голос мать. — (30)Что в наших силах, то сделаем. (31)Как-никак он у нас один.

— (32)Ну и прекрасно! (33)Ну и превосходно!.. (34)А я, со своей стороны, уверяю вас, тоже приложу все усилия, чтобы экзамены были сданы если не отлично, то хотя бы хорошо... (35)Под прицелом будешь у меня, голубчик, под прицелом!

(36)Василий Васильевич заметно подобрел. (37)Он и вообще-то не умел долго сердиться, а уж после того, как поговорит, поораторствует, громко, всласть отчитает своих старшеклассников, всегда становится мирным и ласковым. (38)Все это уже хорошо знали и молчали, когда он выражал своё возмущение их невысокой работоспособностью.

(39)Он ушёл успокоенный и великодушный, родители проводили его до дверей.

(40)Отец вернулся в комнату, пнул стул, подвернувшийся на пути, и навис над Женей.

— (41)Достукался! (42)Краснеть за тебя приходится. (43)Не-ет, я приму меры!.. (44)Я найду способ усадить тебя за рабочий стол!..

(45)Мать прислонилась к стене и позвала:
— Подойди ко мне.

(46)Отец сразу умолк, а Женя, весь внутренне сжавшись, подошёл к матери. (47)Он с детства больше боялся тихого голоса матери, чем крика отца.

(48)Мать положила ему на плечо руку и стала молча вглядываться, долго-долго, в углах губ проступали опасные морщинки.

— (49)Женя... — (50)И замолчала, снова стала вглядываться сыну в лицо.

(51)Наконец заговорила:
— У меня сейчас в больнице человек в тяжёлом состоянии. (52)Я сейчас уйду к нему и вернусь очень поздно... (53)И завтра я должна быть там, в больнице, и послезавтра... (54)Должна я спасти этого человека?

— (55)Должна, — выдавил Женя, в тон матери, тихо.

— (56)Я спасу этого, появятся другие. (57)И мне снова нужно будет спасать... (58)А может, мне лучше заняться тобой? (59)Ты здоров, но ты так глуп и ленив, что нужно следить, как ты готовишься к экзаменам, хватать тебя за руку, силой вести к столу...

— (60)Эх! — (61)В полном расстройстве отец пнул ногой стул. (62)Было ясно, что с таким же удовольствием он отвесил бы пинок уже переросшему его сыну.

(63)У Женьки сжалось горло.

— (64)Мам... (65)Я всё... (66)Я сам справлюсь со своими делами... (67)Не надо тебе о них думать.

(68)Мать сняла с плеча сына руку, отвела глаза, выпрямилась, как струна, и как будто вся внутренне собралась.

— (69)У меня сейчас сложнейшая операция. (70)Я очень волнуюсь.

— (71)Мам! (72)Я сам... (73)Вот увидишь.

— (74)А я всё-таки приму меры! (75)Не-ет, я на самотёк не пущу! — (76)Отец решительно направился к зазвонившему в этот момент телефону.

— (77)Слушаю! (78)Что — платформ нет? (79)Выкатку приостановить?! (80)Да вы представляете, что может произойти?! (81)Нужны платформы — кровь из носу!.. (82)Сейчас буду, без меня ничего не предпринимать!

(83)И отец, схватив папку с документами, вылетел из дома, забыв о Женьке.

(По В.Ф. Тендрякову*)
* Владимир Фёдорович Тендряков (1923–1984) —
русский советский писатель, педагог