ВПР10 2025: вариант 1

(1)В начале 1870-х годов русские художники наконец-то обратили внимание природу средней полосы России. (2)До сих пор их привлекали экзотические красоты итальянских и крымских ландшафтов. (3)Неброское обаяние пейзажей средней полосы могло быть выражено только через эмоциональное состояние творца. (4)Если для передачи величия моря и гор художнику порой достаточно фиксации местности, то здесь в первую очередь необходимо было выразить субъективное отношение, ибо только так можно было раскрыть внешне скромную, но полную грустного очарования душу русской природы.

(По И. Кашековой)

(1)Для нас Василий Дмитриевич Поленов прежде всего автор «Московского дворика», «Бабушкиного сада», «У ворот усадьбы», где чувствуются мягкие элегические ноты, где есть ощущение уходящей в прошлое старины.

(2)Именно «Московским двориком» В. Поленов дебютировал на выставке передвижников.

(3)Предполагают, что однажды, поселившись в Трубниковском переулке, Василий Дмитриевич из окна увидел свой «Московский дворик». (4)И глазам, сердцу, уму дворик явился миром, в котором очень хочется жить. (5)Казалось бы, что в нём особенного? (6)Куры копаются в земле. (7)Лошадь приуныла возле своей телеги. (8)Ребятишки играют на обычнейшей лужайке с обычнейшими ромашками. (9)Женщина несёт воду в ведре. (10)Полощется в воздухе мокрое бельё; деревья, змейка тропки, сараюшки… (11)Всё обыкновенно. (12)Но эту обычную картину увидели глаза художника, насмотревшиеся на кровь и ужасы войны, вдоволь налюбовавшиеся египетскими пирамидами и дворцами с гондолами в Венеции. (13)Сердце его увидело и дрогнуло. (14)И дворик озарился вдруг таким светом радости, таким чувством любви и блаженства, что маленький кусочек московской земли сделался бесконечной поэмой. (15)Смотришь, «выходишь», минуя раму, в дворик, шагаешь тропкой и понимаешь: вот она, жизнь…

(16)Всё в «Московском дворике» гармонично и мягко. (17)Ничто резким контрастом не разрушает цветового единства. (18)Органично соединяются жилище человека и природа. (19)Всё пронизано небесной голубизной и светом. (20)Дворик исполнен необыкновенной поэзии. (21)Сколько прелести в белой, выгоревшей на солнце детской головке! (22)И в задумчивой фигурке, бредущей к цветку… (23)Картина без недомолвок. (24)Всё рассказано. (25)Так почему же в ней находили неисчерпаемую тайну знакомых мест? (26)А всё на самом деле элементарно просто. (27)В обыкновенном узнано необыкновенное, в обычном – очарование родного края. (28)Дворик стал признанием в любви. (29)Любви к Родине.

(30)Сам В. Д. Поленов называл себя представителем пейзажно-бытового жанра. (31)Согласиться с этим трудно. (32)Он объясняется в любви своей земле, своему краю неспокойно, пылко, обжигающе. (33)Разве не романтична «Осень в Абрамцеве» – «Федюшкино воспоминание», картина-память о сыне? (34)Она вобрала в себя зовущую темень, яркую алость и успокаивающую желтизну. (35)Отсветы этой буйной палитры ткут в воде богатый ковёр… (36)Из царства человека В. Поленов уходит в мягкий, прекрасный, возвышающий мир природы. (37)Рыжевато-дымчатые кустики в картине «Ранний снег» уселись на снегу, словно зайцы, полоса угасающего осеннего пламени отделяет белую пелену от реки.(38)А над всем этим – яркое небо, уже подёрнувшееся туманом, – нежная переходная пора.

(39)На тёмной глади «Заросшего пруда» буровато-красные и зелёные листья кувшинок, пятнышки лилий. (40)Временный тупик, застой и ожидание близящейся грозы: что-то произойдёт, случится… (41)А когда обжигаешься червонным золотом и прорывающимся зелёным буйством «Золотой осени», невольно думаешь: человеку, столь пронзительно ощущавшему природу, трудно было жить, не захлёбываясь той большой радостью, которую она ему дарила.

(42)Однажды, вернувшись в очередной раз из заграничной поездки, В. Д. Поленов поссорился с художественным критиком В. В. Стасовым: тому вдруг показалось, что живопись у Поленова какая-то нерусская. (43)И вообще, жить бы ему за границей. (44)А он всей душой тянулся к России: «…подло жить в Европе, когда в России надо работать… Чувствую себя… без почвы, без смысла…».

(По В. Липатову)