ОГЭ 2026: ФИПИ Вариант 24

(1)Давно уже было замечено, что некоторые слова своими звуками как бы изображают то, что называют. (2)Все эти звуки можно разделить на высокие и низкие. (3)Исследования в области звукового символизма показали, что высокие звуки у большинства говорящих вызывают ощущение светлого, а низкие – тёмного; например, такие слова, как свет, жизнь, день, солнце, состоят преимущественно из высоких, а слова омут, боль, шум, кровь, мрак, оковы – из низких звуков. (4)Этим свойством звука – вызывать у большинства людей одинаковые ощущения и образные представления – издавна интуитивно пользовались поэты. (5)В то время как в обычной, нейтральной русской речи низкие и высокие, мягкие и твёрдые звуки встречаются примерно с одинаковой частотой, в поэтических текстах это равновесие нередко сознательно нарушается.

(1)В детстве я мечтал быть скульптором. (2)Это устраивало всех: я тихо сидел у стола и лепил из пластилина. (3)Я лепил лошадей со всадниками и без, экипажи с людьми, кошек вместе с подоконниками, домики для жуков и кузнечиков и самолёты с сидящими внутри лётчиками в шлемах и комбинезонах. (4)Всё это было очень маленьким, миниатюрным.

(5)Однажды я вылепил целую армию. (6)Я вылепил танк, и истребитель, и бронетранспортёр, и везде сидели экипажи, и у экипажей были автоматы и знаки различия на погонах. (7)А сами солдаты и офицеры были ростом в полтора сантиметра. (8)У меня была морская пехота и ВДВ в лёгких самоходках, и всё было выверено по фотографиям в журналах «Советский воин» и газете «Красная звезда». (9)Вся эта роскошь занимала две коробки из-под пластинок. (10)Коробки стояли сверху на книгах, отлично входя между верхним обрезом ряда томов и низом следующей полки.

(11)Ну вот однажды всю мою пластилиновую технику свалили на пол, за книжный шкаф, всмятку. (12)Родительский гость, больше некому, смотрел книги и, не заметив, видимо, свалил коробки за книги.

(13)Когда я увидел, что произошло, то зарыдал горькими слезами, не помня ничего. (14) Копилась эта коллекция у меня, кстати, года два. (15)Других сокровищ у меня не было. (16) Игрушки и вещи меня интересовали очень мало. (17)В лепке, в этом важном для себя занятии, я не имел себе равных и полагал в нём всю свою будущую жизнь.

(18)Пришедший вместе с гостем его сын, мой приятель Марик, злился на отца и сочувствовал моей трагедии. (19)Отец испуганно и виновато пожимал плечами и неуверенно повторял, что он вроде ничего не ронял… (20)Ему было страшно неудобно, он не знал, куда деваться.

(21)Из нижних полок вынули книжки. (22)Я лично, никого не пустив, полез в пыльную полутьму. (23)Я вынимал моё помятое, изуродованное добро и плакал. (24)Всё общество собралось кругом и следило в скорбной тишине. (25)Повреждения оказались гораздо меньше ожидаемых и были вполне исправимы. (26)Коробки упали удачно. (27)Я хранил их до конца школы, а потом всю жизнь при всех переездах их хранили родители.

(28)Спустя многие годы мы встретились с Мариком.

– (29)А помнишь, у тебя тогда коробки с техникой за шкаф упали? (30)Так это я свалил, – вдруг признался он. (31)И в улыбке было больше удовлетворения, чем раскаяния. (32) Я раскрыл рот. (33)Помолчал. (34)Понял. (35)Но спросил:
– А зачем?

– (36)А так. – (37)Он пожал плечами. – (38)Завидно стало. (39)Я так не умел. (40)А чего, думаю, пусть и у него не будет.

(41)Мы помолчали.

– (42)А свалил на отца, – сказал он. – (43)Ты извини, я потом жалел.

(44)Он был не первый такой из всех. (45)Он был первым из открывшихся. (46)И лучшим из них из всех. (47)Потому что остальные не жалели. (48)И я ему благодарен. (49)Я впервые заглянул за книжный шкаф, в тёмный угол, в пыльную глубину, куда проваливается лучшее, что у тебя есть. (50)И это нашёл, и это достал, и поправил, и оно уцелело. (51)Люби тех, кто кусает локти: они делают тебя выше.

(По М.И. Веллеру*)
* Веллер Михаил Иосифович (род. в 1948 г.) –
современный российский писатель, лауреат литературных премий.