ЕГЭ: текст по В.Ю. Агафонову

Голубой звенящий январь. Промороженный полдень. Снег выше валенок. <...> давно мечтал я отправиться в безмятежное детство! Заскрипела забытая дверь, повалился на пол рюкзак: нужно разгрести снег, наладить печь. Неказистая, широкобокая, с кисеёй паутины, вся она ожидание и смирение.

За ней всё ещё лежат дрова, и я помню, как небрежно скидывал их в защепочный угол, цепляя кручёные завитки бересты. Надрав бересты, укладываю её горкой в холодный печной зев, несу дрожащее пламя — береста сворачивается, трещит, тянутся сизые струйки, пляшет огонь на копчёном кирпичном ходу, печь вздыхает, гудит разбуженной тягой — тепло, сухо, прожаристо, и я скидываю одёжку, потом растапливаю снежок и завариваю чай. Блаженно оцепенение. В запотевшем окне непроглядные сумерки...

Скрип колодезной цепи вернул меня в снега Загорянки. Печь прогорала. Я кинул ей в пасть два увесистых горбыля. Забухшая дверь нехотя подалась. Бездонный бархат ночи. Колючий холод подсинённой россыпи звёзд. Ели в песцовых мехах. Покинутость. Затаённая тишина... Нырнув в кисловатый уют перегретой каморки, я присел на узкую отцову кровать. На ней лежит довоенное солдатское одеяло. В ночь я усиливаю его тощее тепло найденным бараньим тулупом. Засвистал чайник, мятый ветеран синей облупленной эмали. А заварка так и строилась в алюминиевой кружке, вопреки изначальным намерениям строго выверенной эстетики...

(По В.Ю. Агафонову)